Джонни и мертвецы - Страница 31


К оглавлению

31

Мистер Флетчер подтолкнул локтем Соломона Эйнштейна.

— Сказать им?

— Что сказать? — спросил Уильям Банни-Лист.

— Да тут такое дело… — начал Эйнштейн.

— Пришли иные времена, — сказал мистер Флетчер. — Вся эта чепуха насчет того, чтобы успеть домой до зари, пока не пропел петух, возможно, и годилась в ту незапамятную старину, когда люди считали, что Земля плоская. Но сейчас в это никто не верит…

— Э-э… — Один из мертвецов поднял руку.

— Ах, да, — сказал мистер Флетчер. — Спасибо, мистер Рональд Ньютон (1878 — 1934), экс-председатель «Сплинберийского общества сторонников теории плоской Земли». Я знаю, у вас Свои Взгляды. Но я пытаюсь сказать, что…

— …заря — она и время, и место, — взмахнул руками Эйнштейн.

— Потрудитесь объяснить! — потребовала миссис Либерти.

— Мадам Либерти, — Эйнштейн взволновался, — день с ночью вечно гоняются друг за дружкой.

— Но есть ночь без конца и края, — подхватил мистер Флетчер. — Если как следует разогнаться…

— Выражаясь в духе релятивизма… — вставил Эйнштейн.

ГЛАВА 8

Ночь без конца и края…

В серебряной луковице Мироздания без устали крутятся зубчатые колесики часового механизма, тикают, отсчитывая секунды. Полночь не стоит на месте, она стремительно облетает планету, делая тысячу миль в час, и, словно черный нож, отсекает ломти хлеба насущного — сегодня — от вечной ковриги Времени.

Время течет повсюду. Но дни и ночи — явления местного значения, они касаются лишь домоседов. Перемещаясь достаточно быстро, можно обогнать стрелки часов…

— Сколько нас в этой телефонной будке? — спросил мистер Флетчер.

— Семьдесят три, — откликнулся Олдермен.

— Отлично. Куда направимся? В Исландию? В Исландии полночь еще не наступила.

— А в Исландии можно развлечься? — спросил Олдермен.

Вы любите рыбу?

— Терпеть не могу.

— Тогда Исландия отпадает. Мне кажется, без рыбы в Исландии нельзя развлечься на славу. Ну что ж… в Нью-Йорке вечер только начинается.

— Америка? — вскрикнула миссис Либерти. — Ас нас там не снимут скальпы?

— Боже правый, нет! — сказал Уильям Банни-Лист, который чуточку лучше разбирался в современном положении дел.

— Вероятно, нет, — сказал мистер Флетчер. Он в последнее время регулярно смотрел выпуски новостей и разбирался в текущей ситуации даже лучше Уильяма Банни-Листа.

— Послушайте, мы же мертвые, — сказал Олдермен. — О чем нам тревожиться?

— Ну-с, приступим. Вас может шокировать необычный способ перемещения, — сказал мистер Флетчер, когда в телефоне что-то защелкало. — Но все, что от вас требуется, — это следовать моему примеру. Нет ли здесь случайно Стэнли Нетудэя?

Футболист высоко поднял руку.

— Мы отправляемся на запад, Стэнли. Раз в смерти попробуйте не перепутать направление. А теперь…

И один за другим они исчезли.

Джонни лежал в кровати и смотрел, как подбитый шаттл тихонько вращается в лунном свете.

После собрания навалились хлопоты. Кто-то из «Сплинберийского стража» взял у него интервью, потом его снимали для Мид-Мид-лендского телевидения, и все жали ему руку, и домой он попал лишь к одиннадцати.

Но хотя бы тут обошлось без проблем. Мама еще не вернулась, а дедушка смотрел велогонки, проходившие где-то в Германии.

У Джонни не шел из головы Батальон. Они вернулись аж из Франции. А кладбищенские мертвецы боялись сделать лишний шаг. Но на самом-то деле между ними не было разницы. В чем же причина?..

Мертвецы с кладбища совершали вылазки только в ближайшие окрестности. Почему? Батальон, когда понадобилось, совершил марш-бросок из-за моря. Совсем не обязательно оставаться там, куда тебя поместили.

— Нью-Йорк, Нью-Йорк.

— Почему «Нью-Йорк»— написано дважды?

— Но это же АМЕРИКАНЦЫ! Полагаю, они просто боялись напутать.

— Сколько света! Что это?

— Статуя Свободы.

— Немного похожа на вас, Сильвия.

— Чушь!

— Кто-нибудь поглядывает, нет ли поблизости этих Охотников за привидениями?

— Думаю, они лишь детище синематографа, Уильям.

— Далеко ли до утра?

— Не один час! Все за мной! Отсюда вид лучше!

Отчего все лифты во Всемирном Торговом Центре почти целый час сами собой ездили вверх-вниз, навсегда осталось тайной…


Утро тридцать первого октября выдалось туманное. Джонни прикинул, не заболеть ли на денек, чтобы подготовиться к обещающему быть весьма насыщенным вечеру, но решил все же сходить в школу. Там радуются, если ты время от времени показываешься.

Он пошел через кладбище.

На кладбище не было ни души. Джонни терпеть не мог такого безлюдья. Оно напоминало ему мгновения кинофильмов, заполненные ожиданием внезапного появления пришельцев. Эти минуты почему-то пугали намного сильнее, чем вид клыков и когтей.

Потом он наткнулся на мистера Строгга. Любой другой, кто пошел бы по тропинке вдоль канала, заметил бы лишь разбитый телевизор.

Но Джонни увидел опрятно одетого маленького человечка, который смотрел призрачную передачу.

— А, это ты, мальчик, — сказал он. — Ну, наделал хлопот? — И показал на экран.

Джонни ахнул. На диване в телестудии преспокойно беседовал с какой-то дамой мистер Аттербери. Еще там был представитель «ОСП», явно переживавший трудные минуты. Он пришел с заранее заготовленным текстом выступления и теперь никак не мог смириться с мыслью, что привычный номер не пройдет.

Мистер Строгг прибавил звук.

— …уверяю вас, на всех этапах в полной мере учитывалось общественное мнение, но договор, заключенный нами с нынешними городскими властями, вне всяких сомнений, является совершенно законным и юридически правомочным.

31